Специалисты предложили превратить Россию в грибную империю

 И продавать грибы, как нефть или газ

 

В стране начался резкий рост грибной промышленности, рассказывает Рен-ТВ.

Хоккей, ракеты и... например, балет — это наши традиционные мировые достижения. Но есть и еще кое-что, чем мы теперь можем гордиться. Например, сельское хозяйство. За последний торговый год Россия экспортировала 27,8 млн метрических тонн пшеницы — больше, чем весь Евросоюз. Она также является ведущим мировым поставщиком кукурузы, ячменя и овса. Россия начинает формировать глобальные продовольственные рынки. А в этом году может быть побит абсолютный рекорд урожая 1978 года в 127,4 миллиона тонн зерна. Но это еще цветочки. Потому что у нас есть чем еще накормить полмира. Оказывается, в нашей стране сейчас начался резкий рост грибной промышленности. И Россия может стать не только нефтяной, газовой и зерновой, но еще и грибной империей. 

...С потолка свисают черные коконы со зловещими бледными наростами, а вокруг — люди в защитных костюмах и масках. Кажется, в такой обстановке должны вести секретные биологические разработки, но нет – здесь просто выращивают вешенки. «В течение 14—15 суток начинают появляться маленькие вот эти вот примордия, которые вырастают в такие вот красивые грибочки», — рассказывает технолог фабрики вешенок Раиса Дяченко.

Откуда берутся вешенки, в России знают немногие. Предприниматели только недавно «распробовали» этот продукт. Отечественный грибной рынок на протяжении долгого времени был крайне рискованной площадкой. До введения продуктового эмбарго 98 % всех культивируемых грибов в стране были польскими. Сегодня ситуация изменилась кардинально.

Если верить данным Россельхознадзора, с каждым годом количество выращенных в России шампиньонов растет на уверенные 10 % и за пять лет должно увеличиться в 10 раз. «Сейчас в эту отрасль начинает приходить крупный бизнес, который заинтересован. Потому как тот объем, который требуется на нашу страну, он составляет порядка 120—150 тысяч тон в год. То есть перспективы рынка очень большие», — говорит начальник Шампиньонного комплекса Егоров Сергей

И бизнес эти перспективы видит. Так, в Ленинградской области, где, к слову, уже производят десятую часть всех шампиньонов в стране, готовятся запустить комплекс, мощность которого составит 10 тысяч тонн в год. Об экспорте, конечно, говорить пока рано, но такими темпами Россия в ближайшие годы сможет удовлетворить собственные грибные потребности. 

Подобные предприятия возникают по всей стране как грибы после дождя. Ну а что? Компании получают госсубсидии, а после введения продуктового эмбарго конкурентов у них заметно поубавилось, так что темпы производства растут на глазах. Только из одной этой камеры в месяц получают до 6 тонн шампиньонов. Здесь внимательно следят за температурой воздуха и влажностью, а когда грибы подрастают, их фурами развозят по магазинам страны. Но стоит выйти за порог фабрики в ближайший лес, и отношение к грибам уже не такое трепетное. Полянки с подосиновиками, белыми и опятами привлекают очень немногих предпринимателей. Поэтому для большинства лесных грибов лукошко грибника, а потом его же сковородка – это единственный маршрут.

Хотя, казалось бы, на опятах, лисичках, а уж тем более белых можно зарабатывать очень неплохие деньги. Ежегодно на территории нашей страны вырастает до 10 миллионов тонн съедобных грибов. Но крупный бизнес и государство, которые охотно берутся выращивать грибы, равнодушны к тому, что растет само по себе.
«Отрасль дикоросов была потеряна в начале 90-х годов. Есть Минсельхоз, который курирует производство и переработку сельхозпродукции. Есть министерство природных ресурсов и Агентство леса, которые курируют древесину. Но дикоросы — они выпали из правового урегулирования. Нет сейчас одного хозяина у отрасли. Ее как таковой нет», — говорит президент Союза заготовителей и переработчиков дикоросов Юрий Рудаков.

Вот Анна Гришаева так и живет вне правового поля. По утрам она бродит с ножиком по лесу, а потом спешит на точку, где ее уже ждут постоянные клиенты. Как правило, это поставщики ресторанов и оптовики, которые потом развозят товар по окрестным рынкам. Уже почти 20 лет Анна и ее супруг промышляют тем, что преподносит им тайга. «У меня муж институт закончил и, получается, по распределению попал на стройку. И говорит: я там прорабом работал и зарабатывал меньше каменщика. Ну и потом раз с другом сходили, пошли в лес – есть что-то, говорит, хочется, набрали, часть продали, поняли, что можно так зарабатывать», — говорит она. Они сами все собирают, варят, солят и сушат. Маленький лесной бизнес в сезон приносит по несколько сотен тысяч рублей ежемесячно. На заготовительные пункты в восточной части страны каждый день поступают сотни килограммов продукции.

«Каждый грибочек надо осмотреть, чтобы не было никакого мусора, ни черного гриба этого, потому что мы на качество работаем, а не на количество», — рассказывает Анастасия Сугаченко. И все бы ничего, но такие предприятия существуют абсолютно бессистемно. Так что далеко не у всех грибников есть возможность сдать, куда следует то, что они собрали в лесу. Александра Емельяновна в ожидании покупателей вынуждена целый день дышать выхлопными газами на обочине оживленной подмосковной трассы.

«Если бы сделали пункт сбора грибов, пенсионеры бы с удовольствием ходили, собирали, сдавали, это была бы помощь хорошая для пенсионеров. Я еще ребенком была, помню, мы ходили собирали яблоки лесные, груши лесные, все мы сдавали, нам какие-то денежки платили, а мы себе конфетки покупали», — говорит продавец грибов Александра Сергеева.

И действительно, в советское время грибники несли свои лукошки не куда-нибудь, а на государственные пункты приема: маслята — 18 копеек за килограмм, белые — 40. Сельские жители всегда были при деньгах, а страна с хорошей закуской. Сегодня же при всем многообразии и гигантском количестве заготовленных российских лесных грибов в магазинах их не найти. За отечественные дикоросы выдают в основном китайские культивируемые грибы. Цена за баночку в районе 100 рублей, наши же стоят в разы дороже. И ни в Минсельхозе, ни в Рослесхозе никто не может объяснить почему.

«Вот понимаете, например, леса относятся к министерству, к другому ведомству, ну как бы в чужих лесах собирать грибы, Минсельхозу учитывать их невозможно, это нужно понимать. Как учтешь сколько грибов собрано в лесах РФ», — говорит директор Департамента растениеводства, механизации, химизации и защиты растений Чекмарев Петр. «В Системе лесного хозяйства сейчас не существует специальных ведомств, которые следят за сбором ягод и грибов», — вторит заместитель директора ФБУ «Рослесозащита» Василий Тузов.

Чиновники причисляют дикоросы к вторичным лесным ресурсам и отношение к ним соответствующее. И выглядит это вдвойне кощунственно: ведь мало того что мы сами свои грибы не едим, так и другим не даем. У отрасли колоссальный экспортный потенциал, ведь русский гриб во все времена был международным брендом. «Вот, допустим, в Париже – рыжики по-купечески, крошечные грибочки, которые были настолько малы, что их специально заготавливали в бутылках из-под шампанского – они пролезали в горлышко – стоили дороже, чем это самое дорогое шампанское. И до сих пор по-венгерски и по-немецки этот самый рыжик знаете, как он звучит? Его название? Рыжик! Потому что это слово осталось с тех самых времен, когда грибной экспорт из России был действительно велик», — говорит кандидат биологических наук, миколог Михаил Вишневский.

Сегодня же, по словам экспертов, российских грибов за рубежом нет вовсе. Точнее есть, но никто не знает, что они российские. Фуры с белорусскими, польскими или прибалтийскими номерами заезжают на территорию приграничных областей, скупают у местных за бесценок белые и лисички и продают их уже на территории ЕС, причем под видом европейских. Напрямую дикоросы у нас закупают лишь несколько стран, среди них Германия, Испания и Нидерланды. И денег это приносит крайне мало.

При существующей инфраструктуре за год можно собрать, заготовить и продать за границу грибов на сумму от 7 до 10 миллионов долларов. Но, если запустить программу, при которой по всей стране будет действовать сеть грибоварен, местных жителей научат что и когда нужно собирать, наладится логистика, будут построены стекольные заводы, а для предпринимателей созданы льготные условия кредитования — тогда сумму доходов от экспорта дикоросов можно будет увеличить в 10 раз. «Рынок грибов дикорастущих очень похож на рынок углеводородов. Как Россия торгует газом или нефтью – сырьем, так и в плане дикоросов Россия процентов так на 80—90 торгует именно сырьем, а не продуктами грибной переработки глубокой, которая несравнимо выгоднее, можно сразу пририсовывать «0», а то и «00» к ценам», — продолжает ученый.

Тем более сейчас, когда весь мир считает калории и ест только органик, российские грибы пришлись бы очень к месту. Для любителей здорового питания даже открываются кафе, где и кормят, и поят исключительно всем грибным. «Вешенка в том-яме – это определенно хит. Плюс из напитков, которые можно отнести к разряду грибных, – это камбуча, это чайный гриб, всем собственно хорошо известный. Мы делаем бургеры с портабелло. Это очень большой гриб, им можно заменить целую котлету. То есть в хлеб просто кладется портабелло с соусом на гриле жаренный и получается сытный вкусный бургер», — рассказывает совладелец вегетарианского кафе Илья Деведжиан. Основные ингредиенты в этом кафе — все те же вешенки и шампиньоны, выращенные на российских фабриках. Повара говорят, что с удовольствием кормили бы людей белыми, лисичками и прочими дарами леса, вот только с ними пока сложнее, чем с культивируемыми грибами. Что, в принципе, странно, ведь их даже выращивать не нужно: собирай да продавай. Как в том анекдоте: деньги буквально лежат под ногами — нужно лишь нагнуться и поднять. (Источник: РЕН-ТВ).

 
Green Blue Orange Back to Top